vladkostromin (vladkostromin) wrote,
vladkostromin
vladkostromin

Ликвидация: как женщины-разведчики «убрали» гауляйтера Белоруссии

Оригинал взят у oli_da в Ликвидация: как женщины-разведчики «убрали» гауляйтера Белоруссии
В ходе партизанских операций не только срывалось тыловое обеспечение войск противника, но и уничтожались самые ценные кадровые военные нацистской Германии.



Тайные операции подполья и советской разведки на оккупированных войсками вермахта территориях – один из этапов Великой Отечественной войны, который историки изучают не менее пристально, чем крупные операции вроде Битвы на Курской дуге или обороны Сталинграда. Входе партизанских операций не только срывалось тыловое обеспечение войск противника, но и уничтожались самые ценные кадровые военные нацистской Германии.

Геноцид руками местных

Особой любовью командование вермахта к жителям оккупированных территорий никогда не отличалось: все трудоспособное население отправляли на работы в Германию и другие страны Европы. Представлявших потенциальную угрозу безопасности войск на захваченной территории заключали в лагеря или просто расстреливали.

Генеральный план рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера был прост: на захваченных территориях в рамках программы специальной чистки, рассчитанной на 30 лет, должно было остаться лишь 15% от общего числа населения.



Однако при всей ненависти нацистов к русским осуществить такой план исключительно собственными силами было крайне тяжело. Гауляйтеры на Украине и в Белоруссии постоянно сталкивались со случаями похищения и убийства не только солдат, но и офицерского состава.

На участников партизанского движения велась настоящая охота, для которой использовались не только войсковые операции с привлечением бронетехники и пехоты – обнаружение подпольщиков сопровождалось и масштабной агентурной работой через завербованных нацистами местных агентов.

Однако украинские националисты, которых администрация оккупированных территорий привлекала для выполнения грязной работы, сформировали у солдат и офицеров вермахта наиболее тяжелое впечатление. Помимо помощи в проведении операций с участием вермахта, полицаи активно привлекались и для других задач, при выполнении которых постоянно оставляли огромное число жертв. Уцелевшие ветераны СС в своих мемуарах вспоминают, что, помимо непосредственного участия в облавах и рейдах по уничтожению партизан, местные «помощники» нацистов часто принимали самостоятельные, ничем не обоснованные решения.



Силами местных националистов, внезапно исполнившихся ненависти к односельчанам, братьям и сестрам, расстреливались не только члены подпольных отрядов, но и все сочувствующие партизанам и Красной армии. Историки отмечают, что даже айнзатцгруппы СС, отличавшиеся наибольшей жестокостью, и рядом не стоят с украинскими, белорусскими националистами и остальными предателями, безо всякого сожаления истреблявшими местное население за одно лишь предположение о пособничестве партизанам.

Усмирить таких палачей получалось с большим трудом: вошедшие в состав военизированных формирований и получившие армейское вооружение националисты могли за сутки убить до тысячи человек.

Особому виду насилия предшествовала масштабная пропагандистская работа: так, на занятых еще в начале войны территориях Украины и Белоруссии через громкоговорители и радио регулярно транслировались сообщения о взятии Москвы, Ленинграда и продвижении гитлеровских войск на Кавказ.

Все это поначалу оказывало нужный эффект: сопротивленческие настроения были подавлены, националисты – поставлены на карандаш и направлены на необходимые для «великой Германии» дела. Однако проделанная советской контрразведкой работа оправдала себя на 100%: не только было организовано (относительно) массовое информирование местного населения, но и налажены каналы снабжения, связи и набора в партизанское движение. Почти сразу после согласования последних деталей партизаны приступили к тыловой войне против нацистов и примкнувших к ним местных жителей.

Зачистка верхов

Руководство диверсионными операциями в тылу противника было поручено легендарному советскому разведчику Павлу Судоплатову. Однако в задачи контрразведки, помимо нарушения тылового обеспечения, вошли сбор информации и непосредственная ликвидация гауляйтеров (губернаторов) оккупированных территорий. Однако, помимо печально известного рейхскомиссара Украины Эрика Коха, отличавшегося невероятной жестокостью по отношению к славянам и русским вообще, на территории Белоруссии имелся свой «управленец».



Вильгельм фон Кубе не был в почете у собственных коллег – белорусское назначение было для него скорее признанием профнепригодности и ссылкой, чем заслуженной должностью. Слухи о суровом нраве Вильгельма Кубе произрастали из партийной работы и службы в Германии: амбициозный и жадный до власти Кубе «отличился» в 1936 году, отдав приказ о расстреле безо всякого разбирательства и соблюдения формальностей нескольких офицеров и солдат, отказавшихся выполнять прямой приказ.

Суровый нрав Кубе проявился и после назначения на восточные территории: появление одного из самых преданных нацистских функционеров сопровождалось небывалым всплеском сотрудничества СС и националистов и проведением масштабных карательных операций.

Именно после появления группенфюрера СС Кубе в Минске в целях устрашения населения были казнены две с лишним тысячи евреев, насильно переселенных в так называемое минское гетто. Вильгельм Кубе открыто враждовал с первыми лицами гитлеровской Германии.



В частности, Генрих Гиммлер не разделял подхода группенфюрера СС – отказа от повсеместного выявления и уничтожения евреев. Однако другом человечества Кубе тоже не был: тотальному истреблению гауляйтер Белоруссии предпочитал тщательный отбор наиболее трудоспособных и лишь затем массовые чистки всех «неполноценных» руками местных националистов.

Для советского подполья Кубе не был обычной целью. Ликвидация человека, занимавшего столь высокий пост, предполагала оказание хорошего психологического эффекта на всех пособников врага, однако окружение и помощники группенфюрера СС не только организовали хорошую охрану, но и тщательно, зачастую лично отбирали весь обслуживающий персонал.

«Уничтожение таких фигур, конечно, было серьезным достижением для подполья. Важность такого события нельзя переоценить – де-факто гауляйтер всегда являлся ставленником Гитлера, исполнителем его воли. А значит, убийство руководителя – не только срыв геноцида, но и удар по фюреру лично», – отмечает в интервью телеканалу «Звезда» немецкий историк Курт Вюртц.

Историки отмечают также, что известно несколько способов, которыми планировалось ликвидировать Вильгельма Кубе: взрыв автомобиля, взрыв в рабочем кабинете, взрыв на мероприятии или несколько видов отравления, включая опрысканные ядом документы. Однако при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что способы слишком сложны и опасны для исполнения.

Неженская работа

Разработкой Вильгельма Кубе занималось сразу несколько боевых групп. Первая относительно успешная попытка убить нацистского ставленника в Белоруссии состоялась 22 июня 1943 года: партизаны попытались взорвать группенфюрера в здании театра, который тот, будучи большим любителем и ценителем искусства, регулярно посещал. Однако при взрыве бомбы сам Кубе не пострадал: в протоколе о происшествии фигурировали имена 70 погибших и более 100 раненых офицеров вермахта и СС, однако до гауляйтера партизаны так и не добрались.



Еще две попытки взорвать Вильгельма Кубе также не увенчались успехом: погибло лишь с десяток партийных функционеров, офицеров СС и солдат службы охраны.

От тактики «выездных» взрывов было решено отказаться. В ходе наблюдений за штабом нацистов, оценки удобных для нападения маршрутов разведчики выяснили, что ликвидировать Кубе в кабинете или во время поездок по служебным делам без жертв среди партизан не удастся.

Вместо повторения опасных спецопераций с размещением взрывных устройств вне зон безопасности было решено действовать изнутри – завербовать и привлечь к сотрудничеству людей, осведомленных о ежедневных бытовых делах группенфюрера Кубе.

Тогда же сложилось окончательное понимание механики решения деликатного вопроса: получить доступ к личным вещам группенфюрера и подобраться ближе остальных мог лишь обслуживающий персонал.

Тонкий процесс вербовки предполагал тесное общение с женщинами, работавшими в доме Кубе. В процессе обсуждения рождается решение привлечь к работе с потенциальными агентами-женщинами легендарную Ганну Черную – члена белорусского партизанского движения Марию Осипову, к 1943 году завербовавшую более 50 человек. Через связных и личные встречи Осипова знакомится и привлекает к добровольному сотрудничеству идеального с точки зрения осведомленности и вовлеченности кандидата для проведения операции – Елену Мазаник, работавшую прислугой в доме, где жил Вильгельм Кубе.

«Про такое, наверное, только в художественных фильмах могут рассказывать, но это факт: мину со специальным химическим взрывателем, который после повреждения ампулы превращается в часовой механизм, Осипова доставила для Елены Мазаник в небольшой корзинке с ягодами», – рассказал в интервью телеканалу «Звезда» военный историк Борис Савченко.

Двадцать второго июня 1943 года, ровно через два года после нападения гитлеровской Германии на СССР, в 00:40 дело было сделано: уставший после долгого дня Вильгельм Кубе отправился спать в постель, под которой Елена Мазаник оставила закутанную в тряпки армейскую мину.



Примечательно, что весь вечер, предшествовавший закладке устройства, Елена Мазаник держала специальный боеприпас при себе, просто закрепив его на животе и спрятав под фартуком.

Историки отмечают, что ликвидация гауляйтера Белоруссии была на руку практически всем: однопартийцы в Берлине, руководство СС и подчиненные – никто не питал к Вильгельму Кубе теплых чувств. Большинство из тех, с кем Кубе контактировал по службе или общался, считали его заносчивым выскочкой и патологическим живодером, непонятным образом занявшим высокий пост.

Внутренние разногласия Кубе и СС сыграли на руку советским контрразведчикам – дело было сделано, а нужный эффект достигнут. За уникальную как на этапе планирования, так и на этапе осуществления операцию эвакуированные в Москву сразу после закладки устройства Елена Мазаник и Мария Осипова были представлены к званию Героя Советского Союза и вошли в историю спецслужб как наиболее ценные женщины-разведчики.

tvzvezda.ru


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments