March 22nd, 2018

Возлюби Путина как себя самого

У многих вызвал шок текст (а по сути - манифест) Антона Красовского "Если вы хотите изменить Россию, полюбите Путина". Кое-кто даже спрашивает: Красовский, этот вчерашний второй сапог в паре с Ксенией Собчак, - он ёбнулся или продался? (Логика манифеста такова: поскольку Путин - теперь наше всё и всегда, то Путин и есть наша страна и единственная желанная народом сущность, и наступите на горло всем своим песням, если хотите быть частью этой страны, - и станьте частью страны, то есть частью Путина, то есть идите на госслужбу и возлюбите Путина всем своим сердем, безо всяких кукише в кармане; либо, если хотите менять не страну, а свою жизнь, уезжайте).

Полагаю, однако, что Красовский написал честный текст, абсолютно соответствующий его (а также моим) представлениям о происходящем, - только написанным как бы с противоположного моему берега, поскольку в отличие от меня (или Марата Гельмана, или Бориса Акунина, или Владимира Сорокина, или Павла Дурова, или Ольги Романовой, - таких  сегодня не один легион) собирается в России жить. (Антон, я правильно понимаю -  собираешься, да?)

Антон испытывает то, что испытывал любой житель страны с ур-фашистским (беру аккуратный термин Умберто Эко из эссе "Вечный фашизм") режимом в конце 1930-х годов, когда стало ясно, что все гражданские войны проиграны, сопротивление подавлено, и режим, народ и фюрер стали неотличимы. И парадигма стала проста: либо ты уезжаешь, либо тебя народ, режим и фюрер сплющивают в лепешку, потому что все сплющиваются. То есть, чтобы не утонуть, нужно стать медузой или рыбой - в общем, частью среды, принимая воду всеми своими жабрами.


В общем, подчеркиваю: режим слился с народом, как он сливался в целой группе тоталитарных стран перед началом Второй мировой. Разница между народом и режимом в том, что режим часто циничен, а народ искрен: тут разница, как между Димой Киселевым и его зрителем, - то есть, по большому счету, разницы нет.

И в этой парадигме нет больше никаких вариантов вроде несотрудничества с режимом, внутренней эмиграции и т.д. Либо ты в России, и такой, как все, и введение смертной казни примешь с дикой радостью, как и идею уничтожить атомными бомбами Америку, а заодно и Европу, а заодно и еще примерно две сотни стран, и погибнуть с гордо поднятой русской головой, - либо ты валишь отсюда в презренную Гейропу.

Но если уж остаешься, то уж меняйся добровольно. А если не будешь, с тобой произойдет то, что хорошо описано в книгах по подчинению власти Милгрэма и Зимбардо, - или, скажем, в книгах свидетелей становления нацизма в Германии, таких, как Себастьяна Хаффнера или Виктора Клемперера. Ты все равно станешь одним из. Но решай, достаточно ли ты братья Манны, Ремарк или Арендт, чтобы уезжать.

Вот этот момент, с моей точки зрения, Красовский и фиксирует очень точно и безо всяких иллюзий.

И ведь даже не возразишь ему - типа, а давайте вспомним, чем кончились Гитлер или Муссолини. Потому что Гитлер и Муссолини кончились в 1945, а Салазар и Франко после это замечательно прожили и проправили после этого еще 25 и 30 лет.