December 17th, 2016

Мои твиты

Collapse )

После платного въезда в города додумается ли путинская Власть брать с дачников плату за дождь? | Наш

http://maxpark.com/community/6437/content/5602549?_utl_t=lj#share После платного въезда в города додумается ли путинская Власть брать с дачников плату за дождь? | Наш ответ "Левада-центру"

Яблоко раздора

Яблоко раздора
Текст:

Давным-давно, когда мы с младшим братом Пашкой были детьми, дом наш стоял в большом фруктовом саду. Сад, конечно, только номинально считался наш, ибо был не огорожен, но со временем, когда я стал окультуривать его, обрезать сухие ветки, прививать, подкармливать и белить деревья, то брать яблоки в саду можно было лишь с моего разрешения. На высказывания недовольства (редкие, правда) я предлагал любому желающему выбрать себе деревья и ухаживать за ними. Желающих, как правило, не было. А то, обуянные бесом жадности и корыстолюбия, натрясут яблок, крупные выберут, и бросают остальные. Ветки при этом безжалостно ломают, сволочи жадные. А коровы, идя вечером с поля, ломятся в сад на эти яблоки. Как жрать яблоки так все мастера, а ка ухаживать за деревьями так нет желающих. Свиньи, право слово. А как только кто-то начал ухаживать, так сразу завистливые визги: «Мол, сад себе отжали». А кто тебе не дает, а? Но у русских так не принято. Зато у меня порядок был в саду! И даже те, кто раньше из райцентра приезжали за яблоками стали теперь вести себя культурно, даже привозили небольшую мзду. То коньяк подгонят, то шоколад, то еще чего. И все были довольны (кроме жадных и завистливых лентяев, для которых Емеля является культовым персонажем, «культурным героем» своего рода).

Сестра наша двоюродная Лариска была дочкой старшей сестры папаши Плейшнера – Нины. Будучи на полгода старше меня, истинное «дитя асфальта» Лариска имела привычку проводить лето у нас в деревне. Хотя это не спасло её, в последствие, от ряда дурных привычек и аморальных поступков ею совершенных. Видимо, слишком кратким было погружение в простую чистоту деревенской культуры. Не могло короткое лето, проведенное в деревне, выбить из человека всю неисчерпаемую внутреннюю гниль, обусловленную проживанием в городе. Однажды мы с Лариской по какой-то причине, играя в саду, поссорились. И я, дабы прервать поток нечестивых оскорблений, как горох из рваного мешка, сыпавшихся из уст этого изуродованного городом ребенка, был вынужден броситься в нее яблоком. Бросился, на беду, настолько метко, что угодил в голову, и настолько сильно, что она от контакта верхней части тела с незрелым яблоком потеряла сознание. Пришлось бегать вокруг нее и пытаться привести в чувство с помощью подручных средств. Законов подобно Ньютону она после этого не открыла, хотя и пробыла полчаса без сознания. Придя в себя, она этот эпизод не помнила и удивлялась, откуда на голове взялась здоровенная шишка. Надо заметить, что определенные странности в поведении были присущи ей и до этого инцидента, так что скорее всего, он никак не сказался на ее мозге. Яблоко бесславно пало в этой битве, не причинив мозгу Лариски ни малейшего ущерба.

Рады ли Вы что Путин в обмен на шавку подарил теперь еще и Японии "народное достояние" русских? | На

http://maxpark.com/community/6437/content/5602771?_utl_t=lj#share Рады ли Вы что Путин в обмен на шавку подарил теперь еще и Японии "народное достояние" русских? | Наш ответ "Левада-центру"

Туалетный утенок-I

Туалетный утенок-I
Текст:

Однажды уже знакомый вам Игорь Юрьевич отбывал трудовую повинность на консервном заводе. Были такие заводы в советское время – рожала тогда земля русская не только идиотов, как ныне, но и плоды щедрые. И часть плодов с целью сохранения впрок подвергалась сушке и консервации. Между прочим, в тысяча девятьсот восемьдесят седьмом году и моя будущая жена будучи тогда студенткой провела свою практику на этом же заводе. Там она впервые увидела процесс приготовления картофельного пюре и болгарскую серую клубнику, из которой делали варенье для советской армии. Клубника приходила на завод в герметичной таре, заполненной каким-то газом. Серый цвет она сохраняла и после тщательного мытья и студенткам запрещали её есть, чтобы не отравились.

Юрьевич же едва не погиб на этом заводе в чане с моющимися яблоками, но эту историю расскажу в другой раз. Так как трудовой коллектив был усилен «химиками», то есть заключенными, работающими на химии, то неумеренные ежевечерние возлияния были нормой. Да, вы скажете, что для многих неумеренные ежевечерние возлияния являются нормой и теперь. Согласен, но так как чудесной водки «Путинка», призванной крепить «духовные скрепы» © тогда не было, то приходилось нашим героям довольствоваться алкоголем менее брендовым и запивать его отнюдь не «Вятским квасом» ©. Один «химик» по кличке Амбал даже умудрился выпить чье-то спиртосодержащее снадобье от ломоты в суставах, после чего кожа его обрела радикальный фиолетовый оттенок, стойко сохранившийся в течение двух недель. Жалко, что все внутренние враги русского народа так не выделяются – иногда, как пел покойный В.С. Высоцкий: «Могут действовать они не прямиком и умеют притвориться мужиком». Жили солдаты этой «трудовой армии» в бараках рядом с заводом и «туалет типа сортир», этакий деревянный домик, как и заведено русскими народными традициями, был дислоцирован во дворе.

Однажды вечером, Игорь Юрьевич покинул стол, дабы посетить оный домик. Зашел, закрылся на шпингалет. Сделал свои дела, а найти в темноте и по причине некоторого алкогольного опьянения шпингалет не может. Поискал, поискал – не находит. Решил вылезти через небольшое окошко над дверью, что и осуществил с немалой для своей комплекции ловкостью. Вылез и пошел «продолжать банкет». Выпив еще благополучно забыл о произошедшем накануне казусе и, выйдя утром во двор, встал в очередь страждущих посетить сортир. Очередь к тому времени стояла уже долго и порядком волновалась, пытаясь выяснить, что же за сволочь закрылась внутри и не отвечает на настойчивые просьбы поторопиться. Так как нравы тогда были ещё советские, то даже мысль никому не пришла в голову, что в туалете могут совокупляться. Примерно через час почтенная публика потеряла терпение и дощатый сортир был взят штурмом, подобно Зимнему дворцу. Я в том плане, что и как Зимний дворец одинокий сортир никто не защищал. Да, эти лица, когда гипотетический «глухой с запором» не был обнаружен, надо было видеть. Юрьевич, же подтверждая семитские корни и интеллигентскую закваску, не стал признаваться в совершенном проступке, дабы не побили сгоряча. Так и осталась эта тайна закрытого сортира тайной для всех, кроме непосредственного виновника.